It all was Sparda's fault!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » It all was Sparda's fault! » Импровизации и флэшбеки » Заговорщики


Заговорщики

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Участники: Мэндос, Спарда
Место: Ад, седьмой круг
Время: больше пяти тысяч лет назад

Два демона, скрывающиеся от гнева Люцифера, встречаются в лесу плоти.

0

2

Мне еще никогда не доводилось менять форму столько раз подряд.
Свернувшись кольцами под корнями большого ветвистого дерева, Мэндос пытался привести мысли в порядок. Когда превращаешься в животное, разум норовит измениться вслед за телом, стать проще, отдаться на волю инстинктам. И тогда останешься а этом облике навсегда. Конечно, Мэндосу ничто подобное не грозило, он полагал, что в деле метаморфоз поднаторел весьма и весьма. Но страх... он усложнял даже самые простые задачи.
Все змеиное тело демона мелко дрожало. Он не сетовал на судьбу, не роптал на господ.  Какой смысл, в Аду кто сильнее, тот и прав. А он действительно замахнулся на нечто несусветное. Мэндос подумал об этом даже не без гордости. Может, он был и не единственным демоном, способным менять внешность, но никто до него уж точно не пытался скопировать облик императора преисподней. И ведь неплохо получалось. И крылья, и сияющие глаза... Единственной своей ошибкой Мэндос считал неосторожность. Его увидели и, разумеется, донесли Люциферу. Наказание не заставило ждать. Повелитель лишил его возможности приобретать какую-либо постоянную форму. Долгое пребывание в виде некой переливающейся разными цветами массы грозило безумием.
Но я смог! Я превратился в змею и уполз! Значит ли это, что я сильнее императорских чар?!
Мэндос снова затрепетал, но теперь уже от радости. Жаль, что она оказалась преждевременной. Над головой жахнуло, и дерево-грешник рухнуло со стоном. Демон пополз было, но чей-то острый клинок пригвоздил его хвост к земле. Ищейки Люцифера были демонами второго поколения, умом не блистали, но зато в таланте вынюхивать и идти по следу с ними никто не сравнился бы. Прежде чем преследователь ударил еще раз, Мэндос изогнулся. Из змеиных глаз вырвались две красных молнии. Противник отлетел, они остались в его теле, как дротики. Еле успевая за собственными мыслями, Мэндос отрастил себе когтистые руки и сцепился со второй ищейкой в рукопашную. Одновременно с этим он старался увеличиться в размерах и обвить противника змеиным хвостом.

0

3

Спарда шел по своему лесу. Во всяком случае, он полагал эту часть Леса Плоти своей, потому что никто не смог заставить его поменять своё мнение. Их много приходило, особенно поначалу, служек Люцифера, которые желали выслужиться, убив беглого гладиатора, Спарду-Зверя, Спарду-Потрошителя. Не вернулся никто. Все остались тут, гнить пож корнями с вырванными сердцами, которые Спарда забирал себе. В Лесу Плоти было мало способов добыть пропитание, а сердце демона - штука питательная. Конечно, демон не может умереть от голода - и даже ослабеть - но жрать от этого меньше не хочется. Кроме того, через лес всё равно рано или поздно проходил кто-то из падших ангелов, и это был пир души, мышц и желудка. Никого и никогда Спарда не убивал с таким удовольствием, как былых мучителей, которые посадили его в клетку и заставили сражаться на Арене ради потехи Люцифера и его дворни. Но Люциферу Спарда плюнул в лицо, при всех назвав его трусом - ха, сияющий урод, как он перекривился - и сбежал. Люцифер и вся его гвардия не смогли остановить того, кто очертя голову и не боясь смерти рвался к свободе. Много, много трупов осталось тогда в этом лесу. Трупов тех, кто пошел за Спардой. Слабаки. Жалкие, ничтожные слабаки. За триста лет на Арене Спарда так и не встретил никого, кто был бы равным ему. Жалкие твари. Но они - такие же, как и сам Спарда. Только слабые. Рабы, пленники. Или вовсе зверье, вроде превратившихся в зверей грешников или драконов. Всего несколько раз - ради развлечения, гордыни или за провинность - на Арену выходили сами Падшие. И это было куда, куда интереснее. Даже слабый падший - это серьезно. Даже жалко, что Люцифер тогда не спустился на Арену лично, чтобы покарать наглого раба - это был бы лучший бой в его жизни. Единственный бой, итогов которого Спарда предсказать бы не мог никак. Даже если бы он погиб, это было бы великолепно. Впрочем, Ямато и Мятежник - пффф, быть таким жалким псом и зваться Мятежником! - тоже неплохое приобретение. Ишь, псы. "Мы убьем этого жалкого раба, ваше Величество!" Съели? Кто теперь раб? Хуже того - вещь.
Спарда сам не понял, как это у него вышло - выделить часть своей силы и превратить с её помощью два меча в один, абсолютной мощи, но у него получилось, и он был этим доволен. Грань Силы - отличное имя для клинка свободного воина.
Банду бы хорошую собрать - тоскливо подумал Спарда - И вдарить этой раззолоченной сволочи так, чтобы яйца через глаза выпрыгнули. Я сильный. Не знаю, может быть, такой же сильный, как Тиамат, или кто там самый у них крутой - чары Люцифера, которыми он пытался меня заковать, я порвал. Очень сильный, короче. Но один я мало навоюю.
У Спарды была мечта. Мечта однажды вырвать и сожрать сердце Люцифера. С той самой секунды, как он впервые увидел его - еще задолго до того, как Владыка Ада натравил на Спарду своих шакалов ради развлечения - яростный демон возненавидел самодовольного ублюдка. Больше, чем кого бы то ни было в Аду. А ненавидел он многих. Всех Падших Ангелов, таких же самодовольных тварей, и всех этих жалких дерьмецов, своих родичей из "второго поколения", которые за кость с хозяйского стола лизали бесам задницы.
Пожалуй, приди Люцифер в Лес Плоти в одиночку, Спарда бы не раздумывая накинулся на него. Но тот не приходил. Приходили его шавки. Вот и сейчас он шел по следу - недавно в этой части леса объявились ищейки. Вряд ли по его душу - кажется, кто-то еще проник сюда, пока Спарда был в другой части Седьмого Круга. Конечно, всего лишь демоны, бесов в это место Люцифер не отправил бы, даже если бы гипотетический беглец ему в бокал насрал прямо на пиру, у всех на виду. Потому что бесы - он белоручки. Сидят, магией занимаются, смертных развращают, командуют, а работают за них демоны. Дохнут - демоны. Страдают - демоны. Игрушки Падших, нежеланные пасынки.
Спарда думал об этом, и в нем клокотала ненависть, и он всё быстрее несся над самыми кронами деревьев-грешников, пока не увидел...
Бой уже начался. Они нашли свою цель и напали. А цель-то, к слову, была не промах - гибкий, молниями вон стреляется, да и вообще, явно сильней всех их. Сам бы справился. Но ярость душила бывшего гладиатора, а ныне - вольного рабойника. Жуткая, тяжкая ненависть, безумная жажда крови, страсть к насилию, дух резни.
Первым делом, рухнув на поляну с высоты, Спарда одним ударом добил того, кто был пронзен молниями беглеца - пробил ему грудь "шаром силы" и вырвал сердце, которое тут же с учанием запихал в рот целиком и принялся с наслаждением жевать, не забыв попутно обрушиться на ближайшую цель - кажется, это был маг. Во всяком случае, он водил руками и что-то бормотал. Не успеешь, братец - голову тебе долой! Грань разила как молния - разделавшись с магом, Спарда накинулся на того, кто хотел ударить копьем сзади сцепившегося в клинче с врагом беглеца.
Держись, змея когтистая - весело подумал демон, выплюнув в лицо копейщику остатки недоеденного сердца его же товарища и разрубив опешившую ищейку императора от ключицы до пояса.
Ну? Кто будет следующим трупом на пути Спарды-Потрошителя, Свободного Спарды?
Спардой, кстати, его назвали Падшие. Говорят, многие демоны с рождения знают своё имя. Спарда не знал. Спардой его назвали его враги - от Sparh - "неистовство" на их языке. Sparh'da - "бешеный", "отморженный", "берсеркер" - ну что же, демон оправдывал своё имя. И мечтал однажды оправдать его на каждом из этих проклятых падших. Лично. Своими руками.

Отредактировано Sparda (2011-11-21 21:10:57)

0

4

Враг заорал от боли, когда Мэндос сжал его кольцами своего тела так, что переломал ребра с позвоночником. Демон не упустил шанс и всадил руку ищейке прямо в пасть, да так, что когти вышли из затылка. Мэндос выпрямился, как пружина, отбрасывая труп, который уже начал рассыпаться, и мгновенно переменил положение в пространстве, готовый продолжать драку. Но в этом, как оказалось, не было нужды. С оставшимися ищейками покончил другой демон. Правда, выглядел он куда как опаснее преследователей. Мэндос никогда не жаловался на память, так что сразу узнал неожиданного помощника.
- А-а-а, Спарда! - подбавив в голос радости, демон, тем не менее, поспешил отползти под сень ближайшего дерева, буквально слившись с его ветками. Кто знает, вдруг этот бешеный еще не наелся - Как я рад видеть тебя живым и здоровым! То, как ты вырвался на свободу, как победил этих заносчивых болванов, Мятежника и Ямато... Это было потрясающе! Восхитительно!
Больших и сильных надо побольше нахваливать, это нехитрое правило Мэндос усвоил с самой ранней юности.
- Я тоже был пленником Люцифера. - о том, что на самом деле он был таким же рабом, как и все, Мэндос предпочел умолчат. Он ведь в итоге оказался далеко не как все! А Спарда все равно не заметит обмана. Ведь он, Мэндос, может принять любое обличие, да и едва ли гладиатор мог его заметить на трибунах, а даже если заметил, все равно не узнает.
Вдруг Мэндос вздрогнул. От внезапной догадки по всему его гибкому хребту прошел холодок. Демон понял страшное.
Он забыл, как выглядит на самом деле.
На мгновение Мэндос забыл о Спарде и вообще обо всем. Сжав лапами змеиную голову, он страшно закричал и забился в конвульсиях.
- Проклятый Люцифер... он... он меня проклял!!!

0

5

- Да-да, конечно... ты-то кто вообще такой? - равнодушно откликнулся демон на славословия. Было ясно, что незваный гость просто пытается выставить себя в лучшем свете и подольститься к Спарде - во всяком случае, так казалось самому Спарде. Особенно в свете того, что восхвалять Спарду тот восхвалял, а под ближайшее дерево сныкался. Рыцарь окинул взглядом поле боя - маг и тот, с кем схлестнулся змееподобный, рассыпались прахом, как и тот, кому Спарда уже вырвал сердце. Не спешил пропадать только разрубленный копейщик. Запустив руку в рану, Спарда вырвал и его сердце, на которое дыхнул пламенем - да и так и заглотил целиком, полыхающим. Копейщик тоже рассыпался прахом.
- Слышь, не бойся. Спускайся, о жизни нашей скорбной покалякаем...
Демон был незнаком Спарде. Но он был явно сильным, это раз, и тоже бежал от тирании Люцифера, это два. Если бы он еще не был таким трусом... впрочем, осторожность тоже полезное качество... словом, Спарда был бы не прочь с ним поговорить. Может быть, он присоединился бы к бывшему гладиатору в его борьбе против падших, кто знает?
И тут случилось вообще странное и даже страшноватое. С диким воплем этот странный демон рухнул с веток дерева, вокруг которых он обернулся, точно древесный змей, и принялся кататься по земле с дикими воплями и проклятии Люцифера. Видимо, проклятие и правда было неслабым.
Это чем же ты так Люциферу насолил, что он тебя личного проклятья удостоил? Впрочем... когда это Люциферу нужен был иной повод кроме "ты мне не нравишься"?
Надо было что-то делать. Как-то совсем не круто получалось. Спарда умел лечить - но лечить раны - заштопать там, заговорить - заговорам обучился на Арене между делом - но как снимать проклятья он и понятия не имел - так что пришлось делать первое, что пришло в голову - наверное, ошибочное - но стоять без дела "вольный стрелок" не привык. Он ведь далеко не глуп, и может понять, когда кого-то скрючивает от физической боли, а когда - из-за того, что что-то в башке сломалось пополам. Это явно был второй случай.
Вывод был сделан очень просто - когда боль физическая, "меня прокляли, меня прокляли" - не орут. Орут матюги. Или сами проклинают весь мир. Или просто орут.
Спарда подскочил к катающемуся на земле демону и вздернул его в воздух, после чего хорошенько встряхнул пару раз, зарычав:
- Тихо! Тихо, тебе говорят! Жив - значит всё поправимо, хватит орать!
Ничего лучше Спарде в голову не пришло.

Отредактировано Sparda (2011-11-23 14:27:01)

0

6

Первым порывом было вцепиться Спарде когтями в морду и выцарапать к падшим глаза, пока не успел и его сожрать. Но даже в самых глубоких пучинах отчаяния инстинкт самосохранения не оставлял Мэндоса. Он затих в одно мгновение и абсолютно спокойно произнес:
- Я покажу тебе, за что был проклят Люцифером.
Демон освободил мысли, волю и тело, давая им свободно изменяться, принимая очертания того, что теперь являлось его истинной формой. Переливающаяся всеми цветами радуги субстанция просочилась сквозь пальцы Спарды и вновь сформировалось в некое подобие массивного, даже выше Спарды, силуэта. На "лице" сияло три ярчайших, почти что ослепительных точки, за "спиной" раскинулись бесплотные, но в то же время могучие, крылья. Создавалось впечатление, будто Мэндос хотел превратиться в Люцифера, но остановился на пол пути.
А затем он снова сосредоточился и начал меняться. Что ж,  отныне и навсегда у него нет собственного лица. Но может, это и не так плохо. Теперь он может создать любое.
Мэндос отрастил себе ниже пояса длинный мощные змеиный хвост, а верхнюю половину тела сделал человеческой, не забыв о легком, но прочном доспехе, по форме и виду напоминавшему хитин. Рога были неизменной частью практически любого демона второго поколения, так и о них Мэндос не забыл. Лицо же оставил человеческим, причем весьма привлекательным. Когда превращение закончилось, он учтиво поклонился Спарде, но уже без тени подобострастия.
- Меня зовут Мэндос. Это имя дала мне матерь-бездна, и оно означает "целый мир внутри". Наша мать - великая пророчица. - он саркастически усмехнулся.

0

7

Спарда отреагировал, наверное, несколько не так, как ожидал того Мэндос. Акулья пасть бунтаря растянулась в бешеной улыбке, обнажив два ряда зубов - и тлеющее в глотке пламя - очень уж широко демон улыбнулся.
- Ты что, правда скопировал Люцифера? А еще меня называют расторможенным психопатом. Уважуха, наступил сучаре на любимую мозоль.
Спарда слышал о том, будто Люцифер тоже был проклят и обречен оставаться сияющим, чтобы помнить о том, что он потерял навеки. Слухи, конечно, но демону они казались правдоподобными. На поклон Мэндоса Спарда только кивнул, мол, оценил, и ответил дорстаточно серьезным тоном, но с саркастической усмешнекой
- Моё имя ты уже знаешь. Спарда, что означает что-то вроде "отморженный ублюдок", и так меня назвали падшие в рабстве. Я нежеланный сын, мамаша не озаботилась именем. А вообще, на будущее, не дергайся. Я жру только шавок императора, а ты такой же бунтарь, как и я. Добро пожаловать в Лес Плоти, Мэндос.
Спарда хотел было добавить что-то по поводу того, что в этой части Ада главное - не бесить его, но припомнил, как Мэндос сам шугался его, и подумал, что смысла особого нету.
А вообще, способность к трансформе - это круто.
Не то чтобы Спарда и правда так думал. Точнее, он считал это полезным, а порой и интересным, но сказал так. От балды, чтобы разговор поддержать. По большому счету, демон был уже избалован тем фактов, что мир вокруг потрясающе хрупкий и нежный, и только что под стальными его сапогами (в которых Спарда был рожден, к слову) прахом не обращается. Увидев, как быстро Мэндос взял себя в руки - и еще раньше оценив уровень его способностей, он просто подумал, что привлечь такого союзника на свою сторону против бесов - идея вовсе неплохая.
- Знаешь, Мэндос... у меня есть небольшая идея. Маленькая такая. Если вкратце - как ты относишься к тому, чтобы отплатить Люциферу за проклятие и всё хорошее?
На самом деле, у Спарды не было идеи, как таковой. Точнее, была в общих чертах - собрать отряд и нанести серию дерзких ударов, чтобы заявить о себе, а там - он был уверен - к ним потянутся те, кто недоволен Люцифером и властью падших - после чего, если большая часть второго поколения перейдет на их сторону - а в этом Спарда не сомневался, кому охота быть рабом? - можно будет поговорить с Люцифером на его языке - на языке силы.
- Скажем так, я тут сижу уже век и мне это надоело. Я хочу действий... и предлагаю тебе присоединиться. Например, для начала распотрошить кого-нибудь за пределами Леса Плоти. В количестве - и лучше изрядном. Звучит тупо, знаю. Но мы с тобой крутые ребята, так что всё выйдет. О нас заговорят, понимаешь? Все недовольные Люцифером поймут, что есть выбор. А это уже серьезная штука, как тебе кажется?
Спарда ухмыльнулся еще раз. Он вполне представлял себе силы падших - о, более чем - но того, кто не знает страха, это только раззадоривает. Бросить вызов, отвесить доброго пинка здравому смыслу и сделать невозможное - самое то... для начала.
- Но сразу предупреждаю - ты видел, что я делаю с теми, кто меня бесил. Предавать не советую, ну ты понял. Ну так что скажешь - предпочтешь сидеть в Лесу Плоти, как крыса в норе, пока тебя не обложат служки императора, или показать им, что ты свободный демон и твоей гордостью нельзя подтереться?
Время от времени Спарда и сам устраивал вылазки под стены Дита, где резал одиночек, грабил и убивал всех, кто попадался ему на пути. Мятежников там быть не может, Дит - опорная цитадель власти бесов. Так не лучше ли хотя бы показывать императорской власти, что ты не издох и не обессилел, чем просто без толку скрываться?
- Я понимаю, что меня не обложили только потому что не смотря на все мои дела, не считают меня угрозой. Зря не считают. Один в поле еще какой воин, а двое - уже, считай, полк заменят, если с умом будут действовать.

Отредактировано Sparda (2012-02-15 16:28:39)

0

8

- Рад, что развеселил тебя. - весьма благодушно ответил Мэндос, который на самом деле ненавидел, когда над ним смеются. Но заткнуть этому конкретному хохотуну глотку нет никакой возможности, да и ссориться ни к чему. Остается только посмеяться вмести с ним над собственной глупостью. - Спасибо, я знаю. - Это было ответом уже на вторую реплику Спарды. Дальше Мэндос внимательно слушал.
- Твоя идея льется в мои уши нектаром. - ответил Мэндос, когда собеседник закончил, потихоньку пододвигаясь ближе к нему, впрочем, все еще по широкой дуге. - Я нахожу ее прекрасной. Но если ты позволишь, я бы внес кое-какие предложения. Нет, не подумай, ты главный! Но, раз уж предлагаешь действовать в связке, думаю, будет разумным выслушать меня, верно?
Подобострастие во дворце Люцифера было альфой и омегой любого, кому не посчастливилось родиться в Бездне, а не на Небесах. Мэндос в душе отчаянно хотел поскорее избавиться от этих пресмыкающихся привычек, но на деле это давалось с трудом, поскольку засело под кожей на уровне инстинктов. Демон неспешно обвился змеиной частью своего тела вокруг ближайшего дерева-грешника и, удобно устроившись на руках-ветвях, заговорил.
- Я бы упирал не на количество, а на качество. Я бы убил одного - но Беса. И я бы обставил все это не как вылазку, а как Шаг. Поступок. Да, именно с заглавной буквы. Чтобы все знали: это сделали мы, и сделали не просто так, потому что хотели жрать. Этот Бес будет первым - но за ним рано или поздно последует все Первое Поколение, вот что мы должны донести до обитателей Ада. Так что цель надо выбрать очень и очень тщательно. И да, конечно же, ты можешь быть абсолютно уверен на мой счет - в спину не ударю.
Лгал Мэндос, как и все уважающие себя демоны, без запинки. Он улыбнулся Спарде самой располагающей из своих улыбок и, неестественно широко открыв рот, отхватил добрый кусок от плоти "дерева". Падаль, конечно, но он очень давно не ел.

0

9

Мэндос говорил правильные вещи. Конечно, было видно, что он хитрожопый скользкий урод, но, пожалуй, именно такого парня - крутого и коварного - не хватало сообразительному, но слишком прямому вояке-Спарде. И тот это прекрасно понимал. Он определенно не хитрый парень. Башковитый, но туповат во всём, что не касается того, "как нам побольше убить этих ублюдков в кратчайшие сроки с наименьшими потерями".
- Главный? - о, сколько иронии было в голосе Спарды. Он не выдержал и захохотал, извергая языки черного пламени из пасти - - О, я не строю иллюзий относительно своих... интеллектуальных способностей. Мне на Арене весь невеликий мозг отбили, Мэндос. Я определенно гений в вопросах битв, да и в большой войне не растеряюсь, ну и в магии смекаю, был на Арене один бес-мятежник, я ему глаз на знания махнул... но быть самым главным? Зачем мне эта заноза в жопе? Я люблю сражаться, убивать, жрать и побеждать. Глумиться, разрушать и саботировать - по желанию. Политика слишком скучна для меня. И я бы уж точно не додумался до идеи сделать убийство Падшего... показной акцией именно потому что он Падший. Предлагаю так - что касается войны, главный я. Что касается того, как победы подать и привлечь союзников - ты. Будем, короче, держать совет... а то ведь пересремся и проебем всё, не успев начать. Нееет, я намерен побеждать, мне склоки не нужны. Я себя здраво оцениваю и всё под себя грести не буду. И тебе не дам, учти. Мне нужен результат, гха.
Демон хмыкнул, шумно почесал между рогов, хакнул и сплюнул чем-то вроде пылающего напалма, после чего еще раз ухмыльнулся.
- Короче, отличный план. Я вижу, ты проголодался? Ну так бросай эту тухлятину, время пойти и пообедать сердцем беса. Но, чур, печень - моя. Только, слушай... реально, не надо передо мной стелиться. Я не Люцифер, меня это только бесит. Мне нужны союзники, а не рабы. Потому что раб - тварь трусливая и жалкая, и всегда готовая сбежать, а свободный демон - гордый и сильный засранец, способный выбить дерьмо из любого сраного беса. Я, конечно, оценил, как ты умеешь располагать, но оставь это для агитации в наши ряды. У меня всё равно нет столько мозгов, чтобы был смысл их пудрить... так, предлагаю следующую схему - я накину на нас невидимость, ползем под ней в Шестой круг, ну а дальше как ты сказал - выбираем беса попородистей и публично рвем на тряпки. Можно даже группу, если повезет. Против таких как мы обычный бес и секунды не выдержит. Предлагаю еще выдумать каждому себе особый знак... и "подписывать" им наши акции. Чтобы уж наверняка оценили. Я вот, наверное, буду свою рожу рисовать. И нам нужно название. Крутое. Что-нибудь в духе "Рыцари Мятежа"...
Спарда сделал в воздухе пасс рукой, складывая сияющие линии в контур своей головы с оскаленной пастью и широко распахнутыми глазами - и впечатал этот знак в ближайшее дерево-грешника. Оглядел результат. Ну, нормальный вышло. Запоминающийся, и заклятье бросить - секундное дело. Кивнул - мол, сойдет - и вновь повернулся к Мэндосу. Мало ли, еще что умное предложит.

0

10

Это было... занятно. Демон, который не хочет быть главным.
Зачем же ты тогда сбежал, драгоценный мой? Хорошие солдаты и Люциферу нужны.
Но все демоны лгут. Может, это тоже обман. Или он действительно хочет все самое сложное  свалить на другого, а славу оставить себе. Что ж, не вопрос, пусть берет славу. Мэндос прекрасно понимал, что сила и власть куда важнее побед в драках.
- О, я не стелюсь, что ты... - сосредоточие меда в голосе Мэндоса прямо-таки зашкаливало. - Но почему бы мне не выразить радость от знакомства с тобой, Спарда? Какое невероятное везение - встретить столь могучего, благородного и мудрого, да-да, мудрого союзника? Если ты считаешь, что моим дипломатическим талантам найдется применение - что ж, приложу все усилия. А начать и правда лучше с акта устрашения.
Мэндос провел ладонью над головой и стал невидим. Он водил пальцем по воздуху, и вскоре в пространстве зависли три красных шаровых молнии, соединенных разрядами. Объяснять смысл знака демон пока что не планировал, как и раскрывать Спарде секрет одной из самых сильных своих атак.
- А это будет мой знак. Но не рановато ли для названия? Мне кажется, имеет смысл придумывать его, когда нас станет больше. С другой стороны, нееет, ты прав, ты очень прав. Пусть они думают, что нас УЖЕ больше. Кстати, что такое "рыцарь"?
По шелесту веток и едва слышным стонам стало ясно, что Мэндос спустился с дерева.

0

11

- Просто. Прекрати. Это. Делать. - глухо рыкнул Спарда в ответ на медоточивые речи Мэндоса. Его уже на самом деле начало бесить. Еще со времен Арены Спарда не переносил, когда его восхваляли. "Величайший зверь, грознейший враг, чемпион Арены! Непобедимый безумец перед вами - могучий Спарда-Потрошитель!"
Демону хотелось блевать от этого. Сколько бы тебя не возносили, ты всё равно оставался бесправным рабом. И теперь, когда его начинали хвалить, он ощущал подставу. Но в свете грядущей операции постоянно оглядываться на неожиданного союзника не хотелось... хотя, видимо, всё-таки придется. Больно скользок, поганец хитрожопый.
- А рыцарь... когда я сидел в клетке, со мной по соседству сидел мятежный бес. Люцифер ослепил его магически, так, чтобы новые глаза никак нельзя было вырастить и бросил к гладиаторам. Но он нашел выход - вырастить глаза он не мог, а вот вставить себе чужой - еще как. Мы заключили сделку, как я уже говорил - за глаз он научил меня магии. Мне-то что, я не проклят, новый вырос. Он был очень силен, и долго продержался... битв тридцать, пока не прошел в финал. Ко мне. Так вот, он говорил, что раньше был рыцарем. Когда я спросил, что это, он ответил, что так до Падения - а порой и сейчас - Бесы зовут своих сильнейших воинов; говорил, что рыцарем является, например, знаменитая Тиамат. Этот титул не известен широко, но будет хорошим намеком Люциферу. Рыцарь Спарда и Рыцарь Мэндос. Звучит? Можно еще что-нибудь прибавить, более понятное нашему поколению. Типа "князь" или там "король".
Отметив, что Мэндос накрыл себя невидимостью, Спарда начал водить руками вдоль глаз и бормотать заклятья - и вскоре беглец предстал перед ним, как туманный силуэт - чары он наложил на себя хорошие, но больше Спарде и не надо было. Истинное зрение, трудоемкая штука, мало кто её носит на постоянном подвесе. Но вот когда надо следить, где твой союзник - самое то.
- Извини, предпочитаю знать, что тот, кто прикрывает спину, еще не свалил. Так-с...
Парой емких пассов рыцарь и на себя накинул заклятье - но с допуском, дав Мэндосу право его видеть таким же туманным силуэтом, а потом накрыл их двоих - поверх - пологом отвлечения внимания, который защищал еще в звуковом плане.
- Вроде, нормально закрылись. Хороший знак. Лаконично. Отращивай крылья, по воздуху быстрей, да беса с высоты быстрее найдем.
Спарда взмыл в воздух, и повиснув над кронами, сделал знак, мол, не тормози, пока там бесы не разбежались.
Сердце мятежника билось ровно и мощно, наполненное предвкушением и радостью от грядущей резни. Он уже ощущал опьянение кровью врагов, насыщение плотью Падших, и это приводило его в экстаз. Даже если этот Мэндос - провокатор, то он способен убить и его, и всех, кого выставить против него Люцифер; тем лучше ему и хуже остальным. Спарда никогда не проигрывал в битве, и не знал даже, как это - когда кто-то может быть сильнее тебя. Нет и не было никого сильней. И быть не может. Потому что он - Спарда, и он рожден для войны, а остальные - кто для чего. Рвать, жечь, уничтожать, убивать, опрокидывать врагов, упиваться насилием - что может быть выше, есть ли большее счастье, чем хорошая битва, есть ли упоение выше, чем упоение победой?
По мнению Спарды, ответ был однозначен - "Нет".

0

12

Мэндос пожал своими невидимыми плечами. Он любил похвалы и считал, что лесть тоже приятна - главное иметь голову на плечах и отслеживать, ради чего тебе льстят.
Возможно, мой новый дружок просто несколько зажрался. Меня никто и никогда так не превозносил, как героя Арены.
Говоря начистоту, во дворце Люцифера демонов Второго Поколения было не особо принято хвалить. Домашних животных, и тех когда лупят, а когда и гладят. Но к питомцам испытываешь хоть какую-то приязнь. По Деннице же было ясно видно, что все, к кому он когда-либо испытывал приязнь и привязанность, либо остались на небесах, либо их не было вовсе. Второе поколение было для падших ангелов чем-то вроде неприятной необходимости, но должен же кто-то выполнять черную работу. Развлечения бесов походили на то, как дети глумятся над насекомыми. Что будет, если вот этому оторвать крылья, лапки или насадить на соломинку? А если поджечь? А если заставить во что-нибудь поверить, а потом все это основательно растоптать?
Мэндос часто завидовал тем демонам, которые после рождения были перенесены матерью-Бездной в какой-нибудь из внешних кругов ада, подальше от дворца Императора. Они, в сущности, могли жить, как им заблагорассудиться, если не попадаться на глаза высоким господам. Ему не повезло - он выкарабкался из Рвов. С другой стороны, Мэндос видел в этом предзнаменование, указание на собственную важность. Должно быть, ему суждено всегда иметь самое что ни на есть близкое отношение к делам, творящимся в самом сердце Ада.
От воспоминаний длинные когтистые пальцы сжимались и разжимались, как на лапах хищной птицы. Теперь разорвать кого-нибудь из бесов хотелось еще сильнее. Мэндос здраво оценивал свои нынешние силы и считал, что в бою один на один он имеет все шансы на победу, даже если не считать Спарду. А как его можно не считать...
Мощные ангельские крылья выросли из лопаток демона за считанные секунды, и вот он уже завис в воздухе рядом со свежеиспеченным союзником.
- Принц-рыцарь. Мне нравится, как это звучит. Намекнем Люциферу, кто унаследует Преисподнюю после того, как с ним будет покончено.
Мэндос мелодично рассмеялся и, взмахнув крыльями, устремился в сторону Дита.

0

13

- Принц-рыцарь... звучит.
Спарда ухмыльнулся и заложил вираж, опускаясь чуть ниже и обгоняя Мэндоса - он предпочитал быть поближе к месту действия. Да и просто приятно первым рухнуть вниз на врага, чего греха таить.
Принц-рыцарь... это и правда звучало как музыка. Принц. Рыцарь. Владыка и воин в одном флаконе. Пусть пока что никто не стоит под его стягом - но пройдет совсем немного времени, и рано или поздно все демоны сбросят оковы и встанут на сторону мятежа. И тогда...
Спарда ухмылялся. Они полные психи. Оба. Он и Мэндос, хотя и внешне разные. Полагающиеся на собственное безумие и непредсказуемость замыслов...
Ведь и правда - безумие встать вдвоем против всего Ада. Безумие сейчас вместо того чтобы прятаться по углам и копить силы громить бесов и реветь о своих намерениях. Но именно это единственный шанс на победу. Здравый смысл - для слабаков. Сильные просто идут и побеждают. Когда враг привык погрязать в бесконечных хитросплетениях, твой шанс - действовать прямо, разрубая все узлы мечом. Люцифер умен, но и он не предскажет путь безумного меча, если только сам не сойдет с трона, чтобы погрузиться в безумие обновления, которое несли на своих крыльях двое молодых, отверженных, чудовищно могучих уродцев, которые не имели ни шанса на победу... но он не сойдет, а значит - проиграет так или иначе. Потому что неизменность - это поражение.
Спустя много, много лет в мире людей один старик скажет что-то в духе "старые и мощные деревья валит бурей, а молодые и гибкие выживают, сгибаясь". Что-то в таком духе. Молодые и гибкие выживают, старые и твердые - гибнут. Ну что же, да будет по сему.
Никто не сможет остановит меня. Потому что я - сильный. И скоро все увидят, что я тот, кто будет сильнейшим. Я уже сильнейший... осталось только утвердить свои права. Мэндос... кхм... слишком вкрадчив, всё-таки. Незачем втирать свою точку зрения, когда можешь её навязать. Поговорить с Падшими на их языке. Смотри, вот сила - оспорь её, если сможешь!

К Шестому они вышли достаточно быстро. К стенам летать Спарда не стал. Сделав знак, мол, давай за мной, он крутанулся, чуть снижаясь, и пошел на достаточно приличном расстоянии от стен. Он знал, что на стенах во множестве обычно сидят маги, а это может плохо кончится.  Сбить - не собьют, а вот маскировку сорвать могут. И пойдет план ко всем ангелам. Лучше сделать кружок и посмотреть, не найдется ли беса, который вылез за ворота по своим делам.
Им везло. Не пришлось слишком долго нарезать круги - как раз летел один на кожистых крыльях, явно не самый слабый. В доспехах таких серьезных, при боевой косе. В окружении трех демонов, раздувшихся от гордости - надо же, высокий господин назначил их любимыми собачками!
Спарду аж перекосило от гнева, он взлетел повыше, к Мэндосу и молча ткнул себя в грудь, показал один палец, показал на Мэндоса, показал три пальца. "Я беру беса, ты мочи охрану" - и не дав тому времени оспорить предложение, взмыл вверх, откуда по параболе ринулся на спину беса, вытащив на ходу Грань Силы и превратив её в алебарду, которую нацелил "рыцарским" копейным ударом точно в хребет врага, между крыльев. Пронзить насквозь гадину, прошибить, разрубить, разорвать!
Бес, видимо, всё-таки что-то почуял - был явно неслабый, да и вроде воин опытный - и в последний момент мотыльнул в сторону, отделавшись крылом, завалился вниз штопором, развернувшись спиной к земле. Выкрикнул что-то яростно - Спарда скорее догадался, чем понял, что это заклятье снятия чар - но было уже поздно. Принц-Рыцарь Спарда (о, как это звучит!) уже нагнал его, сделав вираж - и хотя тот увидел, кто его атакует и как, среагировать толком не успел - ну да, подставил древко косы, а толку? Крыло его только-только начало отрастать, перепонки еще не сформировались, и как он не загребал им воздух - удержаться в полете не смог, был отшвырнут вниз, к земле, на камни.
Спарда рухнул сверху, как сокол на добычу - прежде, чем бес успел подняться. И в этот раз не промазал. Алебарда только скользнула по подставленной на встречу косе, и вместо головы ударила в нагрудник - но демоническое оружие пробило вражью кирасу, как картонку, пришпилив падшего к земле. Спарда пинком отправил косу куда подальше, вырвал алебарду из раны... и получил фаерболом в голову. Бумкнуло хорошо - гляди-ка, крепкая тварь! - но падшего это уже не спасло. Мотнув головой, Спарда с яростным рыком упал на колено, запустил свободную руку в рану и вырвал сердце падшего. Хотел было сожрать, но вспомнил, что сердце беса он обещал Мэндосу.
Кстати, как там у него дела, интересно? Увидев, что теперь бесу действительно конец и он распадается прахом, рыцарь свечкой взметнулся вверх, высматривая союзника и его врагов на фоне мрачного алого зарева, заменяющего Диту небо.
Грань для удобства превратил в меч, а второй рукой держал сердце врага. Отличный гостинец для новоявленного товарища.

Отредактировано Sparda (2012-02-15 17:30:24)

0

14

Надо же, прямо не товарищ, а находка. И все самое трудное готов на себя брать.
Нет, Беса демон не боялся. Проведя много времени подле падших, от научился отменно определять их силы. Этот конкретный был хоть и далеко не слаб, но все же Мэндос с ним бы справился. Но ладно уж, пусть будет так, как хочет Спарда. С тремя демонами второго поколения, в конце концов, тоже расслабляться не стоило. Это были не тупоумные шавки, а достаточно серьезные ребята. В чарах, впрочем, не им было с Мэндосом тягаться. Он оставался невидим для противников, и активно этим пользовался. Демон изменил плотность своего тела, став практически невесомым, как облако. Нет, скорее как ветер. Как зарождающийся смерч, наполняющийся молниями, с порывами, острыми, как лезвия бритв. В качестве отвлекающего маневра Мэндос послал в сторону врагов пару молний и, когда они рванулись туда, откуда пришла атака, переместился резким виражом им за спины, а после ринулся наконец в близкую атаку. Оружия, как у Спарды, у него не было - зато были когти на руках, которые он без труда отрастил до длины, крепости и остроты булатных кинжалов. Первому он вонзил руку в спину, пробивая грудь насквозь. Когтистая лапа вышла наружу, уже сжимая сердце. Это, разумеется, дало второму фору и возможность понять, где невидимый враг находится. Он спикировал на Мэндоса, и, пока первый демон превращался в прах, двое других дерущихся сцепились в яростный клубок. Тут Мэндос применил свой излюбленный прием - тело развилось мощными змеиными кольцами и в следующий миг стиснуло бедолагу, не просто ломая - перемалывая  кости. Его сердце демон просто выгрыз из грудной клетки.
Но где же третий? Почему не напал, не пришел на подмогу товарищам? Мэндос огляделся и все понял. Третий спешил к стенам Дита, то ли собираясь звать кого-то на помощь, то ли чтобы поднять тревогу, то ли чтобы просто сбежать. Не особо торопясь, принц-рыцарь (звучало так приятно, что Мэндос не сдержал улыбки) послал ему вслед несколько залпов красных молний, пробивая крылья и вынуждая пойти на посадку. Сам он плавно опустился рядом, снимая заклятье невидимости.
- Если хочешь жить - слушай, что я скажу. - Мэндос выдержал паузу, чтобы понять, способен ли его противник хоть что-то уяснить. Тот тяжело дышал, его била дрожь - но он, судя по всему, был достаточно умен, чтобы осознать свое положение, и потому едва заметно кивнул. Мэндос продолжил. - Я не убью тебя - но взамен ты должен будешь донести до всех, кто имеет уши, весть: против Люцифера и всех падших ангелов объявлен бунт. Сильнейшие демоны второго поколения, принцы-рыцари Спарда и Мэндос, хотят вернуть свой дом себе. Те, кто захотят быть с нами - получат свободу. Те, кто не захочет - что ж, ты видел, какая судьба постигла твоих товарищей. А теперь пшел вон.
Два раза собеседник себя просить не заставил. Стреканул на едва сросшихся крыльях со скоростью звука. Мэндос глядел ему вслед, довольно ухмыляясь. Он не зря так распинался про "сильнейших" - кого-то привлечет к ним со Спардой жажда свободы, а кто-то другой, наверняка возмутится и решит проверить, что это за гордецы. Такие, на взгляд Мэндоса, будут куда нужнее. Действительно сильные демоны, чью верность можно будет получить, доказав свою мощь.
Он снова поднялся в воздух, чтобы осмотреться и понять, где сейчас Спарда. И тут над головой принца-рыцаря промелькнула тень. Очень большая, и очень быстрая тень. Вслед за ней появилось весьма неприятное ощущение - как будто кто-то убрал из мира все яркие краски, а из чувств оставил только тоску. Мэндос прекрасно знал: только один из падших ангелов способен вызывать такое. Вернее, одна.
Тиамат. - проговорил демон одними губами и, подняв голову, убедился в своей правоте. К нему нарочито неторопливо приближался исполинский пятиголовый дракон, постепенно закрывая собой небо.
Первое желание, даже, скорее, рефлекс, выработанный годами рабства - бежать, скрыться. Это же ТИАМАТ. Пучина безысходности, как она есть. С этой бездной силы невозможно бороться - утонешь!
Нет. Ее главная сила - не в этом. Ее сила - в страхе. Избавься от страха - и лишишь Тиамат ее главной силы.
Мэндос с такой силой сжал кулаки, что острые ногти проткнули ладони. Это отрезвило. Тратить время, зовя Спарду, он не стал. Не заметить приближение Тиамат невозможно. Вместо этого Мэндос стал подниматься выше, постепенно меняя свои очертания. И, пускай демон больше не помнил своего истинного облика, он мог принять форму того, что оставил ему Люцифер, хотя бы в качестве издевки. Переливающийся всеми цветами радуги огромный силуэт с нестерпимо ярко горящими глазами и гигантскими крыльями за спиной.

0

15

Не заметить Тиамат было невозможно, даже если ты слеп, глух и вообще паралитик с лоботомией. Спарда, может быть, и бывал порой туповат, но невнимателен никогда не был. Поэтому черт с ним, с сердцем беса - демон его тут же проглотил, не до красивых жестов - и ринулся вперед и вверх.
Пока Мэндос разворачивал тот облик, которым его проклял Люцифер, Спарда уже атаковал. С земли со скоростью молнии вверх устремился неистово пылающим белым шар силы, а в центре его был Спарда, и Спарда хохотал - яростно, радостно. Он был совершенно счастлив.
Если бы Мэндос мог видеть сейчас глазами Спарды, то вместо громадной наводящей ужас драконицы увидел бы в небесах что-то вроде громадного торта с тысячей свечей в облаке взбитых сливок. Или громадную коробку, перевязанную алой лентой с пышным бантом. Во всяком случае, именно так появление Тиамат воспринимал Спарда - как величайший подарок. Безумный демон вместо ужаса испытал экстаз, потому что это же практически всё то, о чем он мечтал, большим был бы только личный визит Люцифра.
Тиамат летела нарочито неторопило, а Спарда, в свою очередь, точно бы пронзил пространство и время, за секунду оказавшись рядом с головам врага - но и не подумал остановиться, нырнул вниз, рванул вверх свечкой, и ударил. Спарда целил под правую крайнюю голову, как раз в то место, где она соединялась с шеей. Грань Силы снова развернулась из меча в алебарду, алебарда изогнулась косой, и из мертвой петли новоявленный Принц-Рыцарь рубанул по горлу Тиамат, вложив в удар всю свою силу - белый шар силы распался и обрушился вместе с клинком сияющей ударной волной. Через грохот всё еще был слышен смех Спарды, к котором примешался полный восхишения рык, который был столь мощен, что отдался эхом от башен Дита и рванулся в мрачные небеса Ада.
- Смееееерть!!!
И в этом действительно не было ни угрозы, ни похвальбы - только беспредельный, чуть ли не детский восторг. Спарда не размышлял в битве. Думать надо до битвы, в битве следует убивать. Чем сильнее твой враг, тем лучше, чем больше твоих врагов, тем лучше, чем сложней победить, тем лучше, потому что тогда тебе хотя бы будет весело. Всё дело в том, что Спарда был слишком силен. Почти всегда ему приходилось не сражаться, а всего лишь убивать, забивать, как на бойне, тех, кто не может противостоять ему. Теперь намечалась настоящая битва, в которой он может не просто насладиться резней, но и противостоянием. Ощутить силу врага и сломить её своей силой, бить так, чтобы Ад трепетал от силы его ударов...
В голову демона даже не закралась мысль о поражении. Во-первых, потому что он - это он. Во-вторых, краешком сознания он помнил, что он впервые не один, а значит, сейчас и Мэндос подсуетится, долбанет чем-нибудь этаким, вольется в веселье - Тиамат большая, обоим хватит. ну а если сбежит... значит, в Аду останется только один принц-рыцарь. Принц-Рыцарь Спарда.

0

16

Спарда его снова опередил, но Мэндос даже не думал сердиться - скажете тоже, Тиамат уж явно не тот противник, с которым надо непременно сходиться один на один, а иначе никакой чести. Тут, дай Бездна, чтобы их двоих хватило. Потому что, приблизившись к драконице, ты мгновенно ощущал на себе еще одно мерзейшее свойство ее сил. Аура отчаяния и безысходности действовала не только на эмоции - она была вполне осязаемой, физической. И она замедляла. Как будто вместо воздуха ты с размаху влетел в густое масло.
Впрочем, в ближний бой Мэндос пока вступать и не собирался. У него не было демонического оружия, в отличие от Спарды. Сможет ли он ранить Тиамат когтями? Возможно, вполне возможно. Но лучше не рисковать без особой надобности, пользоваться тем, что точно окажет более сильный эффект. И демон принялся поливать Тиамат дождем из красных дротикоподобных молний, стараясь не задеть напарника. Они пока не оказывали видимого эффекта, но Мэндос чувствовал, что Падшая закипает, начинает злиться. А это уже успех, ведь до сего момента считалось, что Тиамат и хоть какие-то проявления чувств - вещи несовместимые.
Одна из драконьих голов потянулась к нему, но Мэндос засиял сильнее, ослепляя ее, и под этим прикрытием меняя угол обстрела. Именно благодаря этому маневру демон успел заметить, что дела у Спарды не так хороши, как, возможно, думает сам упивающийся битвой бывший гладиатор. Пока одна голова, брызжа фонтанами черной крови, неуклюже пыталась его хоть как-то достать, другая метнулась к демону со спины, с ужасающей, абсолютно неожиданной для такой махины скоростью. Сила силой, но едва ли Спарде понравится, если его перекусят пополам.
А вот и появилась надобность рисковать. - как никогда четко осознал Мэндос. Ему-то лично всегда было плевать на чье бы то ни было доверие. Но для Спарды это слово, судя по всему, имело важность. - Я должен сделать так, чтобы он начал мне доверять. Судя по всему, он точно не ударит мне в спину, если я прикрою его тыл.
Опасно? Да, несомненно. Еще как.  Вот только осторожность и трусость  - разные вещи. Вторым Мэндос никогда не страдал.
- Спарда, берегись! Бери вправо! - что было мочи крикнул принц-рыцарь и выложил на поле боя свой главный козырь. Вертикальная складка на лбу демона оказалась плотно сжатыми веками третьего глаза. Он широко распахнулся и ударил по несущейся к Спарде драконьей голове широким мощным снопом белоснежных молний. Падшая взревела от боли, когда они мелкими змейками расползлись по ее телу.
Эта атака дорого обошлась Мэндосу. Ближайшая к демону пасть сцапала его за крыло и принялась нещадно трепать, пока это самое крыло не оторвалось, и Мэндос не полетеле на землю, на пределе сил пытаясь хоть как-то подлечиться. А пасть уже была внизу, и явно намеревалась его проглотить, предварительно хорошенько прожевав...

0

17

Мэндос - молодчина! Прикрыл ведь, прикрыл-таки. Да, хороший удар в спину, Спарда чуть не зазевался, и - ну, скажем, перекусить бы его не перекусили, это ерунда - а вот помять могло. А помять - это уже серьезно, крылья пострадают первыми, а драться с Тиамат с земли - занятие, во-первых, чертовски скучное, а во-вторых, чертовски же опасное - даже тут, среди смертоносных челюстей и когтей, было куда, куда безопасней, чем оказаться приземленным перед этой летучей крепостью.
Но напарничек только поначалу выглядел хлюпиком - ишь как расстрелял сволочь своими алыми копьями, а уж эта его белая молния - вообще выше всяких похвал.
Пока ошарашенная голова тщетно хлопала челюстями размером со створки третьих ворот Дита, Спарда успел многое. Во-первых, сформировать вокруг кулака шар силы и выстрелить лучом в глотку раненной Мэндосом головы. Во-вторых, отметить, что у Мэндоса из-за этой атаки дела пошли плоховато. Пришлось бросить битву, пока союзника не сожрали.
- Держись!
Белой искрой, моментальным росчерком Спарда метнулся к падающему Мэндосу, сцапал его - одной рукой, за шиворот, практически - заложил вираж над самой пастью Тиамат и ринулся к земле - пока Мэндос не отрастит крыло, в воздухе ему делать нечего.
И всё у него почти получилось, но разгневанная потерей добычи Тиамат таки достала отступающего Спарду. Той самой головой, от челюстей которой он спас Мэндоса - и в один присест откусила правую ногу принца-рыцаря. По колено.
Спарда бешено зарычал - от боли, от ярости, от того, что по-глупому подставился, не сделав  предварительно маневра уклонения - но смог выровнять полет - крылья-то были целы -  и приземлился. Почти приземлился, если быть точным - отпустил с высоты пары метров Мэндоса наземь, а сам рванулся наверх. Люцифер с ней, с ногой - новая отрастет! Тиамат сравняла счет - две раненые головы за его ногу и крыло Мэндоса - а значит, пора опять увеличивать отрыв. И он взметнулся в небо, попутно окропив Мэндоса черной кровью из культи. В тех же местах, где кровь попала на землю Шестого Круга, она вспыхнула языками белого огня.
- Прикрой меня!
Заложив спираль, бывший гладиатор ловко ушел от множества огненных вихрей, которые обрушила Тиамат ему навстречу. Обвел раненую им голову, попутно наподдав ей пяткой, отмахнулся Гранью-косой от головы, которую приложили они с Мэндосом, и смело ринулся навстречу центральной голове, и влетел прямо в пасть Тиамат, на ходу превращая косу-Грань в Грань-алебарду. Челюсти сомкнулись - но между ними оказалась смертоносная игла Грани Силы.
Какой бы прочной ни была твоя шкура, изнутри ты всё равно чертовски уязвим. На это и была надежда Спарды, который поставил своё оружие между челюстями. Плюс - Тиамат должен был раззадорить вкус крови, которой он щедро оросил её язык из своей раны.
Спарда даже не заметил, что вместо крови на язык Тиамат хлестал тягучий белый огонь. Холодный, как ничто в мире. Он просто в неистовом, ледяном бешенстве напрягал все силы и с чудовищным рыком давил, давил алебардой на небо врага.
Впрочем, Тиамат не была тупой драконицей - она быстро выплюнула принца-рыцаря наружу, но пока тот кувыркался в воздухе, а центральная голова плевалась кровью, две другие открыли пасти - и Спарда утонул в сияющем облаке магической атаки.

0

18

Рассчеты Мэндоса оказались верными, впрочем, он в этом и не сомневался. Когда Спарда поймал его, пасть Тиамат щелкнул в жалких сантиметрах от демона, и принц-рыцарь не удержался, запустил в нее еще одним снопом красных молний, метя в глаза.
Оказавшись на земле и получив короткую передышку (крыло отрастало стремительно), Мэндос смог оценить ситуацию в целом. Можно было сказать, что пока два демона и падшая держались на равных. Но с другой стороны, он сам уже успел потерять крыло, Спарда - ногу. И то и другое отрастет, спору нет. Но Тиамат, хоть и разозлилась, пока что вообще не выглядела даже мало-мальски всерьез раненой. Надо зайти как-то по-другому, так, как она не ожидает.
Мэндос задумчиво оглядел драконицу, так, будто находился сейчас не в пылу сражения, а на диспуте ученых мужей.  Демон машинально провел длинным языком по ладони. Кровь Спарды зашипела в гортани. Было вкусно.
Напарник просил прикрыть, но Мэндос понимал, что алые молнии особой пользы сейчас не принесут. Вернее, вред-то они приносить будут, но взбесившаяся Тиамат едва ли его заметит. Нет, надо отвлечь иначе.
И тут Спарда своими действиями навел Мэндоса на счастливую мысль. Нужно проникнуть внутрь, в плоть Тиамат.
Разумеется, теперь, после атаки бывшего гладиатора, не стоило и думать о том, чтобы пролезть к Тиамат в глотку. Падшая - уж явно не из тех, кто делает два раза подряд одну и ту же ошибку.
Зато когда она применила против Спарды магическую атаку, решение родилось молниеносно, и Мэндос тут же начал действовать. Он метнулся к огромной туше драконицы, снизу, по земле, и полностью скрылся под ее гигантским брюхом. Приникнув всем своим переливающимся и постоянно меняющим форму телом к твердой и холодной, как льды Кацита, шкуре, демон снова начал меняться. Он старался стать менее материальным, более текучим. Отвлеченная собственным колдовством, Тиамат не сразу заметила неладное, а когда заметила, было уже поздно. Мэндос просочился в нее и теперь растекался, как зараза.
Конечно, это было невероятно тяжело, и очень, очень страшно. Демон плясал на тончайшей грани, каждую секунду рискуя раствориться в Тиамат, стать ее частью, только придать ей мощи. Но из последних сил он сохранял сознание и продолжал продвигаться в глубь. Невероятно тяжелая, осязаемая тьма давила со всех сторон, грозясь измельчить настолько, что не останется ни малейшего следа от демона Мэндоса. Он терпел до последнего, продвинувшись настолько, насколько вообще было возможно. А потом ударил белой молнией снова.
Толстенный ослепительно белый столп прорвался сквозь шкуру Тиамат наружу, оставляя что-то вроде тоннеля.
Если Спарда не выдержал атаки, если он сейчас не ринется в эту брешь - мне конец.

0

19

Сожженный дотла, не так ли? Мертвый? Во всяком случае, так должно было быть. Но беда была в том, что Спарда отказался умирать. Он ощущал, как в сияющем облаке медленно исчезает его плоть - сантиметр за сантиметром - но беда в том, что Спарда всегда был много большим, чем своё тело, в отличие от множества других демонов. Он был яростью. Войной. Уничтожением отжившего, открывающим дорогу новому.
И он был в бешенстве.
Когда вспышка магии рассеялась, стало видно, что Спарды в обычном его виде там уже не было - на его месте в мрачных небесах Ада полыхало белое пламя, которое уничтожало мир самим фактом своего существования. За доли секунды оно выросло от небольшого костерка до громадного огненного столба, столб превратился в шар, раздулся - и поглотил и Тиамат, и Мэндоса. Впрочем, Мэндоса он выплюнул, в отличие от драконицы - и целым.
Рёв Тиамат был ужасен. Спарда не осознавал изменений в своей сути - в основном потому что их и не было - точнее, он просто стал тем, чем был и должен был быть всегда, с самого рождения. Он совершенно естественно, как будто пользовался обычным своим телом, заполнил всё пространство вокруг Тиамат - и хлынул всем новым собой внутрь - и не только через открытую союзником брешь - через уши, через ноздри, через пасти, через нанесенные раны - он создавал себе путь к сердцу врага, лился потоком чистой ярости и истинного уничтожения.
Во всяком случае так это выглядело с точки зрения Спарды - со стороны же было видно, как шар белого огня втянулся внутрь Тиамат и вроде бы погас. А потом великая драконица, заревев так, как не ревела никогда в жизни, стала падать, на ходу разваливаясь на куски - нет, из её ран не хлестало белое пламя - просто она рассыпалась пеплом в воздухе. Первыми отпали и рассыпались крылья, за ними - головы, раскрылась, распадаясь на куски, спина, из неё показался маленький черный силуэт, падающий значительно медленней. Это был Спарда в уже привычном обличье, с отросшей ногой - но без сознания. В левой руке он сжимал Грань Силы, и правой торчала двойного плетения цепь из золота и серебра - но то, к чему она крепилась, было скрыто в кулаке Принцы-Рыцаря.
Спарда падал. Он еще был в сознании, но на большее, чем просто раскрыть крылья, надеясь, что это смягчит удар, у него не хватило. Время словно бы замедлило для него бег - демону казалось, что он уже целую вечность смотрит в тусклые небеса Ада, из последних сил удерживая в руках меч и то, что он врывал из сердца врага. Амулет. Только прикоснувшись к нему, он уже знал, что это последнее, что оставалось в Тиамат от былого ангела, то, что она хранила в самом своём сердце, скрывая от ото всех - и от себя, наследие Рая, вечно жгущее сердце великой драконицы, ожерелье, которое она носила на Небесах, а став драконицей, проглотила, надеясь уничтожить, но не смогла. Впрочем, для Спарды это было не так уж важно - важно для него было то, что пожрав сердце Тиамат белым пламенем своей ненависти, он получил это как трофей великой битвы - и хотел сохранить.
Наконец-то, Спарда встретился с землей - Тиамат окончательно распалась пеплом буквально в паре метров над поверхностью, и отчасти это спасло демона - он рухнул в сугроб черных хлопьев, которые от удара взметнулись облаком, которое тут же унес раскаленный ветер Шестого Круга. Он победил. Он выжил. С этим осознанием Спарда отключился.

Впрочем, в бессознательном состоянии он был недолго и скоро пришел в себя. Болело всё, что только могло у него болеть, рот был полон вязкой черной крови, которая уже не полыхала неистовым белым огнем. Спарда закашлялся, отплевываясь, попытался сесть - и не смог даже пошевелится. Пришлось как следует напрячься даже для того, чтобы поднять голову и осмотрется - но в глазах даже не двоилось - мир был похож на бешено вращающийся калейдоскоп, так что по происходящем вокруг принц-рыцарь понял мало. С глухим рыком он уронил голову и закрыл глаза, и казалось растворился в звоне, который раскалывал на части противно стонущую голову.
Нет, так не пойдет. Я же победил. Я же самый сильный, сильнейший. Тиамат мертва. Я должен встать, потому что я - Спарда. Принц-рыцарь Спарда!
Для начала он перевернулся на живот. Подобрал под себя руки и ноги, встал на четвереньки - и содрогнулся, после чего демона вырвало черной кровью. Из последних сил, не слыша и не видя ничего вокруг, он заставил себя встать, опираясь на меч - да весь бой с Тиамат мерк по сравнению с этим подвигом - а потом умудрился еще одной рукой надеть на шею амулет.
Однако, после этого Спарда пришлось перенести весь вес на меч, и потратить остатки сил, чтобы не упасть. Зажмуриться.
Когда Спарда открыл глаза, время вновь ощущалось им, как обычное адское безвременье. Пейзаж всё еще плавал и двоился, но было можно уже хоть что-то различить, да и звуки отчасти, будто бы издалека пробиваясь через звенящий заслон, вернулись.
Но сил пошевелить хоть пальцем уже не было, и демон замер, точно памятник своей бессмертной победе. Он надеялся, что Мэндос там еще жив и не сбежал - о том, что именно он сделал с Тиамат и не зацепил ли союзника Спарда помнил смутно.

0

20

Когда все вокруг заполнил ослепительно белый свет, Мэндос не сразу понял, что произошло. Угроза слиться с Тиамат и раствориться в ней, впрочем, исчезла. Но принц-рыцарь был не глуп, он быстро осознал, что к чему.
Итак, вот она - истинная сила Спарды. Потрясающе. Она способна сжечь Тиамат, я абсолютно уверен, что и более слабые демоны второго поколения такого не перенесут. И тем не менее, я жив. Мне даже не больно.
Причин, на взгляд Мэндоса, было две. Первая заключалась в том, что он, принц-рыцарь Мэндос, явно не слабее Спарды. Сравнивать их способности и возможности бесполезно - абсолютно разный диапазон. И тем не менее, они равны.
А во-вторых, то, что несло смерть падшему ангелу, для демона второго поколения было родной стихией. Тиамат сгорала, а Мэндос купался в силе Спарды, как рыба в воде. И ему было очень, очень, просто не описать как хорошо. Даже жаль, что все кончилось так быстро.
Опустившись на землю и снова приняв более-менее плотные очертания, Мэндос наблюдал за исходом битвы. Черный пепел все падал, горячий ветер Дита подхватывал его.
Вот уж не думал, что когда-нибудь увижу метель в шестом круге, да еще и черную. - демон усмехнулся своим мыслям, поднялся на ноги и направился к Спарде.
Глупый демон, наверное, попытался бы убрать столь сильного потенциального противника в момент его слабости. Но Мэндос себя дураком не считал, о нет. Так что он подбежал к Спарде и поддержал его, подставив плечо.
- Вот так заявили о себе. Лучше не придумаешь. Чур, следующий Бес мой и только мой. Но теперь нам лучше уйти.
Возвращаться в седьмой круг, на взгляд Мэндоса, не стоило. В лесу плоти легко заблудиться, да. Но после этакого пассажа Люцифер, скорее всего, там просто все выжжет своим невыносимым сиянием - ведь во дворце всем было известно, где скрывается Спарда. Значит, нужно другое место. И нигде не спрятаться лучше чем в толпе и вечном хаосе.
- Идем в пятый круг... напарник. - Несмотря на то, что по габаритам Мэндос сейчас был сильно меньше Спарды, он без видимого труда потащил его на себе. - На виду легче схорониться. А уж поднять там бунт - и вовсе легче легкого. Там им сам воздух пропитан.
Мэндос не загадывал - он просто мыслил на много шагов вперед.

0


Вы здесь » It all was Sparda's fault! » Импровизации и флэшбеки » Заговорщики


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC